Для невротических и реактивных состояний детей раннего возраста очень типичны отдельные патологические симптомы и синдромы, формирующиеся в той или иной системе организма (пищеварительной, сердечно-сосудистой, дыхательной, двигательной и т. д.). Мы искусственно вычленяем эти так называемые моносимптомы из общей структуры клинической картины для более длительного и многогранного их анализа. Как правило, у ребенка поражаются те системы, которые наиболее уязвимы.

В подавляющем большинстве случаев в анамнезе детей удается найти объяснение этой уязвимости. Это — перенесенная ребенком тяжелая диспепсия или хроническая дизентерия, оставившая след в виде слабости желудочно-кишечного тракта; коклюш, приведший к слабости дыхательной системы; нарушения питания в младенческом возрасте, поведшие к задержке развития речи. В первом случае мы видим психогенно обусловленную анорексию, во втором — «нервный» кашель, в третьем — мутизм и заикание и т. д.

Описываемые симптомы и синдромы не исчерпывают клинической картины невротического и реактивного состояния у детей младшего возраста. Эти симптомы нередко комбинируются и сочетаются друг с другом. Кроме того, они протекают на фоне измененного поведения ребенка. Эти изменения поведения часто еще малозаметны, слабо дифференцированы, и их считают проявлениями общей «нервности» ребенка.

НАРУШЕНИЯ ФУНКЦИИ ОРГАНОВ ПИЩЕВАРЕНИЯ

Анорексия (снижение аппетита) является очень частым выражением невротического состояния детей, особенно в раннем возрасте. Однако прежде чем оценить снижение аппетита как нарушение функции неврогенного характера, следует исключить анорексию другого происхождения.

Н. И. Красногорский различает у детей следующие основные причины снижения аппетита. В одних случаях анорексия является прямым следствием сниженного выделения слюны. Дети медленно жуют, их рот наполнен пищей, и они долго не могут ее проглотить; в дальнейшем ребенок приучается брать еду небольшими порциями и запивать водой именно в силу того, что она недостаточно смочена слюной.

В других случаях причиной снижения аппетита является одностороннее питание, когда организм ребенка насыщен лишь определенными пищевыми веществами и возбудимость в соответствующих частях пищевого центра вследствие такого одностороннего насыщения снижается. Тогда ребенок отказывается есть те виды пищи, которыми он односторонне был перекормлен. Под влиянием голода или однообразной пищи химически измененная кровь и интероцептивные сигналы с органов пищеварительного тракта повышают возбудимость то одних, то других клеток пищевого анализатора (вкусового), вследствие чего организм как бы стремится найти тот сорт пищи, в которой он имеет недостаток.

Иногда анорексия наблюдается при токсических состояниях, вызванных острыми и хронически протекающими инфекциями, гельминтозом, при снижении общего обмена, когда ребенок вынужден из-за какого-либо заболевания длительно находиться на постельном режиме.

Нередко анорексия является защитным актом при разных патологических состояниях пищеварительных органов. В этих случаях язык обложен налетом, покрывающим вкусовые аппараты языка. По Павлову, этот тормозной трофический рефлекс с пищеварительных органов на язык имеет определенное защитное значение для организма: вкус понижается, и стремление к еде у больного теряется.

Сахар, конфеты, шоколад, съеденные перед едой, оказывают отрицательное влияние на аппетит ребенка. Как показали опыты С. Л. Левина, исследовавшего влияние введения 50—100 г сахару на условные рефлексы, величина последних уменьшалась (количество капель выделяемой слюны снижалось с 4—10 до 1—3 капель, скрытые периоды удлинялись).

М. Нейруд (М. Neyroud) изучил 235 детей, страдающих плохим аппетитом. Из них 140 ели мало, а у 25 аппетит отсутствовал полностью.

22% из них были единственными детьми и особенно любили молоко.

У 26% детей анорексия являлась симптомом латентной инфекции, конгенитального порока развития или D-гипервитаминоза. Эта форма анорексии исчезала под влиянием причинной терапии.

К. Лауней (Cl. Launay), Ф. Верлиак (F. Vегlіас), И. Трелат (I. Trelat) и Лефевр (m-me Lefevre) сообщают о 12 случаях нервной («психической») анорек-сии у детей в возрасте 2—5 лет, зависевшей от травмирующей обстановки в семье, неправильного подхода матери к ребенку, ревности к другим детям в семье и т. д.

Левек (Leveque) выделил особую форму детской ано-рексии, начинающуюся с первых дней рождения. Это единственные дети с малым весом при рождении. Автор считает, что обычная эссенциальная анорексия обязана, с одной стороны, своим происхождением неправильному подходу взрослых и, с другой — особой психологической реакции ребенка.

Р. Е. Зибенман (R. Е. Siebenmann) считает ошибочной точку зрения, согласно которой нервная анорексия является первичным эндокринным нарушением, ибо неправильно рассматривать эпизодически встречающиеся иногда симптомы выпадения и изменения со стороны эндокринных желез как гипопитуитаризм. Все изменения обратимы, они говорят о перестройке эндокринной регуляции адаптации.

У нервного ребенка анорексия, имевшая в свое время понятное обоснование в патологическом состоянии организма, может в дальнейшем задерживаться на длительный срок. Отказ от еды принимает в этих случаях очень упорный характер. Особенно способствует этому насильственное кормление.

Так, ребенок 1 года 3 месяцев, живой, бодрый, веселый, будучи болен гриппом, отказался от приема еды в очередной срок. Мать насильно заставила его съесть предназначенную ему порцию. Вследствие этого у ребенка установилось отрицательное отношение к еде. В дальнейшем оно было подкреплено последующими насильственными кормлениями. Отказ от еды настолько был упорным, что врачам-педиатрам пришлось прибегать к введению пищи посредством зонда.

Эмоциональное возбуждение, связанное с насильственным кормлением, в силу отрицательной индукции затормаживает вкусовой центр в коре головного мозга.

Иногда отрицательное отношение к еде может возникнуть в результате сочетания приема пищи с неприятным раздражением (например, от высокой температуры пищи, давшей ожог). Так, ребенок 11 месяцев, получив в качестве прикорма пахтанье в слишком горячем виде, стал упорно от нее отказываться. Было выяснено, что отрицательное отношение к еде в данном случае было связано с приемом пищи именно белого цвета. По совету врача мать стала подкрашивать пищу питательным кофе, в результате чего произошло угасание установившейся условной связи и отрицательное отношение к еде исчезло.

Возбудимость пищевого центра снижается особенно часто при психической травматизации ребенка. Эмоциональные волнения, связанные с неблагоприятной внешней обстановкой, травмирующей ситуацией, легко вызывают (в связи с отрицательной индукцией) торможение коры головного мозга, а следовательно, и пищевого центра. Следствием этого является отрицательное отношение ребенка к приему еды (нейрогенная анорексия). Снижение аппетита, возникшее по психогенному поводу в раннем детском возрасте, нередко сопровождается тошнотой и рвотой. В младенчестве этому способствует сохраняющееся в течение некоторого времени, особенно часто у недоношенных детей, эмбриональное положение желудка, облегчающее акт рвоты.

Мы наблюдали ребенка 1 года 9 месяцев, у которого всякая попытка кормления вызывала рвоту «фонтаном». Девочка родилась недоношенной и ее желудок сохранял эмбриональное положение. Она была очень возбудима, пороги раздражения со стороны кожи и слизистых обо-

лочек у нее были резко снижены. При первой же даче прикорма, проведенной, по-видимому, неумело, без учета выраженной гиперестезии, и явившейся для ребенка сверхсильным раздражителем, возникла рвота. Последующие насильственные кормления еще более укрепили этот симптом (условнорефлекторный механизм).

Моментом, способствующим возникновению рвоты, может являться также слабость пищевого центра.

Так, мать Нины Н., 3 лет 4 месяцев, обратилась к врачу с жалобами на то, что у ее ребенка понижен аппетит, она плохо жует, а при насильственном кормлении у нее возникает рвота. Условия внутриутробного развития ребенка были неблагоприятны: во время беременности мать страдала тяжелым токсикозом. До года девочка была беспокойной, позднее стала робкой, застенчивой. Ее постоянно кормили насильно. Со стороны внутренних органов отклонений от нормы нет. Лейкоцитоз в крови (10 500), эозинофилия 8 (глисты не обнаружены); РОЭ 9 мм в час.

Со стороны нервной системы: положительный симптом Хвостека, влажность ладоней, яркий стойкий дермографизм. Исследование высшей нервной деятельности по двигательной методике А. Г. Иванова-Смоленского с пищевым подкреплением обнаружило слабую ориентировочную пищевую реакцию. Образование условной двигательной реакции на красный свет быстрое, так же как и дифференцировки. Подвижность нервных процессов хорошая. Ребенок контактен, интеллект в пределах возрастной нормы. Эмоционально живая девочка, застенчивая, медлительная, особенно в процессе еды.

В данном случае мы имеем, возможно, врожденную (тяжелый токсикоз беременности) слабость пищевого центра (экспериментальное исследование подтверждает это). Насильственное кормление являлось тем сверхсильным раздражителем, который привел к еще большему торможению пищевого центра и к механизму рвоты.

Нередко приходится видеть, что у чрезмерно избалованных детей при помещении в ясли или детский сад появлялась нервная рвота как реакция на изменение обстановки и разлуку с близкими. Иногда рвота возникает впервые в момент испуга ребенка. Так, девочка 6 лет, повышенно возбудимая, робкая, нерешительная, сорвала на клумбе соседей цветы. За обедом мать ей сказала, что

за этот поступок ей грозит тюрьма. Девочка очень испугалась и ее тут же вырвало (симптом раздражения вегетативной нервной системы, иннервирующей внутренние органы) С тех пор рвота стала повторяться как условно-рефлекторная реакция при всяком приеме пищи. Мать, тяжело переживавшая свою вину перед девочкой, проявляла к ней исключительное внимание и заботу и при каждом приеме пищи обнаруживала свою тревогу. Создавалась ситуация, дававшая девочке в жизни ряд преимуществ, и это вело к стойкому сохранению возникшей неврогенной рвоты.

О психогенно возникающей рвоте говорит и П. Лай-борн ( P. Laybourne), подчеркивающий, что в основе ее лежит психическая травматизация. Для иллюстрации нервной рвоты приводим еще несколько наблюдений.

1. Петя К., 6 лет. Мать жалуется на то, что у мальчика плохой аппетит; часто при еде возникает рвота, плохой сон.

В семейном анамнезе психоз у деда (со стороны отца). Роды Петей длительные, под наркозом, ребенок родился в асфиксии. Вскармливался искусственно, страдал рахитом II степени. В возрасте 6 месяцев непосредственно после противодифтерийной прививки, которая испугала ребенка и вызвала громкий крик, у него в связи с приемом пищи началась рвота. Обычно она появлялась во время волнения, позднее — во время всякого эмоционального напряжения и тревоги.

В соматическом состоянии ребенка уклонений от нормы нет. При рентгенологическом исследовании положение желудка нормальное. Ребенок отличается большой потливостью, на коже часто появляются сыпи. Ребенок контактен, охотно вступает в беседу; интеллект высокий, хорошо развит. Хорошо играет в шахматы. Одарен музыкально. Эмоционально живой. Жалуется, что иногда «в груди что-то вертится», перед возникновением рвоты испытывает боль в спине.

Перемена обстановки, затормозившая условную связь, и психотерапия в течение непродолжительного времени избавили ребенка от этого симптома.

В данном случае невротический симптом — рвота — возник у ребенка с ослабленной вследствие родовой травмы нервной системой при действии сверхсильного раздражителя (прививка, повлекшая за собой испуг и боль). В дальнейшем она зафиксировалась по типу условных реакций благодаря некоторой инертности нервной системы связанной с перенесенной асфиксией. Слабость вегетативной нервной системы, столь свойственная детям, перенесшим родовую травму, объясняет нам возникновение симптома именно в этой области.

2.    Тамара С., 14 лет. Жалобы на тошноту, головные боли, повышенную утомляемость.

В семейном анамнезе алкоголизм дяди (со стороны матери). Во время беременности Тамарой у матери было заболевание почечных лоханок. Грудь ребенок взял только на 3-й день. Развитие девочки протекало нормально. Болела скарлатиной, брюшным тифом и тяжелой формой коклюша. В продроме брюшного тифа имел место ушиб головы, во время болезни были головные боли и тошнота, в дальнейшем постепенно прекратившиеся. В возрасте 10 лет пережила сильный испуг: ей сообщили, что психически больной дядя убил ее бабушку, причем факт этот был искажен: девочке сказали, что убита и ее мать. После этого вновь возникли уже 3 года отсутствовавшие головные боли, тошнота и рвота. Появилась очень сильная утомляемость, заметно снизилась школьная успеваемость.

В соматическом состоянии уклонений от нормы нет, отмечается лишь некоторая лейкопения (л. 4000). В ликворе: цитоз 7/3, сахар 51‰. Артериальное давление 350 мм водяного столба. Неврологических симптомов, кроме головных болей, головокружений и иногда двоения в глазах, нет. Девочка пассивна, легко вступает в контакт, вполне доступна. Жалуется на тошноту и головную боль. Отмечает, что ее беспокоит сонливость, что за последние 3 года ей стало заметно труднее учиться. Когда в беседе затронули вопрос о гибели бабушки, появилась живая игра вазомоторов и девочка заплакала. Школьная характеристика рисует девочку трудолюбивой и исполнительной.

После проведенного курса лечения (дегидратация, психотерапия) девочка выписалась в хорошем состоянии.

Головные боли и рвоту у этой девочки можно объяснить перенесенной травмой мозга, совпавшей с инкубационным периодом брюшного тифа. Эти симптомы в дальнейшем сошли на нет. Пережитая девочкой 4 года спустя психическая травма, оказавшаяся сверхсильным раздражителем, вызвала очаг раздражения — «больной пункт» с торможением вокруг (сонливость, пассивность, утомляемость). Ожили прежние очаги раздражения (головные боли, тошнота). Затяжной характер реактивного состояния может быть обусловлен известной органической недостаточностью центральной нервной системы, обусловившей инертность нервных процессов. Примененная дегидратация (основанием к ее применению было повышенное давление в ликворе) и психотерапия привели к положительному эффекту.

Ниже приводимое наблюдение показывает, какую большую роль играет инертность нервных процессов в фиксации «нервной» рвоты на длительный период.

3.   Люда К., 15 лет 10 месяцев, поступила в детскую клинику Института психиатрии с жалобой на упорную «нервную» рвоту.

В семейном анамнезе патологии нет. В возрасте 1½—4 лет находилась в эвакуации (в годы Великой Отечественной войны), недоедала. В возрасте 2 лет тяжело болела корью. Развитие ребенка протекало с задержкой. Речь до 3 лет была резко косноязычной. В школу поступила 8 лет 9 месяцев; во 2-м классе осталась на второй год; с трудом перешла в 7-й класс. Менструации появились в 13½ лет, протекали не всегда регулярно, нередко с перерывами длительностью до 2 месяцев. Девочка общительная, спокойная. Заболевание началось в возрасте 10½ лет во время пребывания в пионерском лагере. В продроме инфекционного заболевания, когда у девочки не было никакого аппетита, ее заставили за ужином съесть обычную порцию овсяной каши. Будучи очень дисциплинированной, она хотя и с трудом, но выполнила требование, после чего ее начало тошнить. Ночью температура поднялась до 40°; была сильная рвота. Через 2 дня острое инфекционное заболевание ликвидировалось, а рвота продолжала повторяться, доходя до нескольких раз в день (во время приема пищи, а иногда и вне его, «слюной»). В том же периоде у девочки были обнаружены глисты. Проведено противоглистное лечение; вышло 170 аскарид.

Девочка диспластична. Десны набухшие и гиперемированные. Вторичные половые признаки выражены хорошо. Сердце при рентгенологическом исследовании митрального типа, талия его сглажена, тоны чистые, размеры не увеличены. Печень несколько выступает за край реберной дуги. Желудочный сок кислой реакции. Общее количество соляной кислоты — 58 (свободной — 36, связанной — 22). Анализ крови: л. 5000, э. 3%, п. 6%, с. 52%, лимф. 32%, мон. 7%; РОЭ 27 мм в час. Со стороны неврологической: анизокория (D>S). Отклонение языка вправо. Девочка легко вступает в контакт с врачом. Жалуется на частую рвоту, во время которой болит голова и иногда в глазах «делается мутно», бывают головокружения и тогда кажется, что «ноги наверху, а голова внизу». Часто испытывает боль в правом подреберье; страдает запорами, плохо переносит жирную пищу и молоко. В речи элементы косноязычия. Нередко испытывает затруднения при изложении своих мыслей. Ответы иногда недостаточно полны. В детский коллектив влилась быстро; несколько инфантильна в своих реакциях.

Исследование высшей нервной деятельности по двигательной методике с речевым подкреплением обнаружило быстрое возникновение условной двигательной реакции на красный свет и звонок № 1 (тихий), выработку дифференцировки с хода. Статическая иррадиация и в зрительном, и в слуховом анализаторе отсутствовала. Стереотип выработался и упрочился быстро; передача во вторую сигнальную систему (словесный отчет) полная. Внешний тормоз (трещотка); тотчас же затормозил условную двигательную реакцию на красный свет. Условный тормоз затормозил с ходу условную двигательную реакцию на звонок № 1 (тихий). При последующей даче положительного раздражителя (звонок № 1 и вслед за ним дифференцировочного раздражителя — звонок № 2, громкий) возникло фазовое состояние (ультрапарадоксальная фаза).

Положительный раздражитель не вызывал реакции; при отрицательном раздражителе отмечалась положительная реакция (рис. 1).

С л о в е с н ы й о т ч е т . 1. Что ты видела? — Красный свет и зеленый. 2. Что ты слышала? — Тихий и громкий звонок. 3. Что ты делала? — Нажимала. 4. Когда? — Когда был красный свет и тихий звонок. Не нажимала, когда был тихий звонок с синим светом (условный тормоз).

Перевод условного положительного раздражителя — красного света — на его словесное обозначение «красный свет» не удался, причем растормозилась дифференцировка на звонок № 2 (громкий).

На следующем занятии попытка перевода была повторена, и вновь возникла ультрапарадоксальная фаза. На 40-м и 41-м сочетаниях затормозилась условная двигательная реакция на красный свет и растормозилась дифференцировка на звонок № 2 (рис. 2).

Отражение эксперимента во второй сигнальной системе адекватное. После того как была выработана условная двигательная реакция на синий свет, получить ее в первой сигнальной системе при замене словесного раздражителя дачей синего света не удалось.

Переделка стереотипа удалась только на четвертом сочетании; при этом отмечалось последовательное торможение. Однако на следующем занятии стереотип оказался нарушенным. При перемене мест раздражителей получился срыв второго стереотипа (рис. 3).

С л о в е с н ы й о т ч е т : 1. Видела зеленый свет. 2. Нажимала. 3. Нажимала на все три зеленые света.

У девочки с несомненной органически обусловленной слабостью коры головного мозга (недоедание в эвакуации, тяжело протекавшая корь), развивавшейся с задержкой, с трудом продвигающейся в школе, в момент соматического заболевания имел место прием пищи за ужином «через силу», с чувством отвращения и тошнотой Утром следующего дня у больной неоднократно бы-лa рвота. Вслед за этим рвота повторялась по многу раз

в сутки (глистная инвазия в этом периоде уже не имела места). Сознание необходимости подчиняться режиму и съесть ужин сталкивается здесь с резким торможением пищевого центра. Возникает ошибка и образуется невротическое состояние, причем симптом формируется в наиболее уязвимом месте (патологическое состояние печени в прошлом, недоедание и глистная инвазия). Длительная фиксация условной патологической связи объясняется большой инертностью нервных процессов. Процессы торможения при исследовании высшей нервной деятельности выражены весьма отчетливо. Условный тормоз с ходу затормаживает условную двигательную реакцию на положительный раздражитель — звонок № 1 и вызывает вслед за этим фазовое состояние.

При исследовании силовых отношений возникают уравнительные и парадоксальные фазы. При попытке пе-

ревести условный положительный раздражитель красного света на его словесное обозначение вновь наступает ультрапарадоксальная фаза. Переделка стереотипа удается только на пятом предъявлении и тут же срывается (девочка возвращается к условной двигательной реакции на звонок № 1, бывший положительным раздражителем в первом стереотипе). То же наблюдается и при перемене мест в стереотипе. Не удается перевести и словесный положительный раздражитель «синий свет» на раздражитель — синюю лампочку.

Указанная выраженная инертность нервных процессов объясняет фиксацию нервной рвоты. Надо думать,

что в силу индукционных отношений раздражение подкорки вызывает торможение слабой коры головного мозга и различные фазовые состояния. Лечение аминазином (А. Н. Курганова) благоприятно действующего при нервных рвотах, и психотерапия дали положительный эффект.

Следует отметить, что вскоре раствор аминазина в новокаине был заменен новокаином. При этом условнорефлекторный эффект наступал быстро. Девочка была выписана со значительным улучшением.

Следует отметить, что почти во всех случаях «нервной рвоты» желудочно-кишечный тракт являлся наиболее уязвимым местом как у детей, так и у подростков.

Г. Г. Стуке описал четырехлетнего мальчика, у которого периодически наступали приступы неукратимой рвоты, вызванной гриппом, погрешностью в диете, поносом, психической травмой. Автор обращает внимание на то, что приступы развивались рефлексогенно в ответ на экстеро- и интероцептивные раздражения. Тот факт, что различные афферентные импульсы в этом случае ирра-диировали в одном направлении, вызывая нарушение вегетативных функций, свидетельствует о том, что у таких детей в коре или в диэнцефальной гипоталамической области имеется доминантный очаг возбуждения (по Ухтомскому) и иррадиация возбуждения определяется наличием этого фокуса повышенной возбудимости.

У детей, давно овладевших навыком опрятности, при психической травме (испуг или травмирующая ситуация) наряду с рядом других симптомов может появиться недержание кала (например, в первые дни помещения единственного избалованного ребенка в ясли). Обычно по мере привыкания ребенка к необычной для него ситуации неопрятность исчезает.

Как эпизодическое явление недержание кала может появиться после тяжело протекавшей инфекции и у ребенка, сравнительно недавно овладевшего навыком опрятности. Это явление сугубо временное, и по мере укрепления общего состояния организма навык опрятности вновь упрочивается.

У ребенка, поступившего в 1-й класс школы и трудно адаптирующегося к требованиям дисциплины, особенно если он не посещал детского сада, иногда отмечаются учащенные позывы к испражнению на уроках. Обычно это случается тогда, когда в силу каких-либо условий ребенку не было разрешено выйти. Может случиться, что ребенок окажется неопрятным. В таких случаях необходимо, чтобы педагог беспрепятственно разрешал ему выйти из класса (если надо, то и не один раз за время урока). Сознание, что он может выйти в любой момент и что на его выходе не будет фиксировано внимание педагога и других детей, затормозит усиление позывов. Полезной оказывается и дача индифферентного порошка (например, порошка глицерофосфатов) с соответствующим внушением. Следует отметить, что иногда чрезмерное торможение ребенком своих позывов может привести к запорам.

Упомянутые явления встречаются обычно у детей, болевших диспепсией, дизентерией и колитом с частым нарушением стула.

Гаффер и Штедели (Haffer и Н. Städeli) в своей работе «Психика и интестинальные расстройства» сообщают о трех группах страдающих энкопрезом: 1) длительный энкопрез у слабоумных и безнадзорных, 2) у невротиков и 3) как он их называет у «ритмических энкопре-тиков», у которых недержание кала наступает по типу эпилептиформного припадка. В одном из сообщенных Штедели случаев у ребенка был обнаружен мегаколон и расширенная ampula recti. Однако причина энкопреза носила психогенный характер.

Р. Лемп (R. Lemp) приводит 29 случаев энкопреза у детей и утверждает невротическую природу этого заболевания, опираясь на работы В. Р. Гесса (W. R. Hess) и Э. Кречмера (Е. Kretschmer). Он считает, что недержание кала обусловлено «иррадиацией влечения при бурном выражении аффекта».

Том (Thom) у детей с непроизвольной дефекацией часто наблюдал тяжелую домашнюю обстановку.

В последние годы в зарубежной литературе неоднократно ставился вопрос о психогенной природе (в отдельных случаях) ожирения у детей, сопровождающегося повышенным влечением к пище. В этих случаях некоторые авторы Г. Бреч (Н. Broch), Л. Остергард (L. Ostergaard) отмечали у больных пассивность, неуверенность, боязливость, склонность к уединению, большую эмоциональную неустойчивость.

Л. Остергард подробно обследовала 58 детей, страдавших ожирением, и сопоставила полученные данные с данными 46 контрольных детей. У 45 детей из 58 она отметила значительные эмоциональные нарушения.

Вполне возможно, что при торможении коры (пассивность, неуверенность, боязливость) в силу индукционных отношений нарушается ряд функций нижележащих частей мозга, следствием чего в числе других симптомов является повышенное влечение к еде. Здесь уместно

вспомнить хорошо известное повышенное влечение к пище в некоторых случаях депрессии. Известно также, что эмоциональные нарушения (депрессия, страх) изменяют биохимизм крови, повышают содержание адреналина и сахара. Таким образом, можно говорить и об определенных связях между деятельностью эндокринных желез и аффективными переживаниями.

Этот вопрос, с полным основанием поднятый авторами, подлежит дальнейшему изучению.


 

 



 

 

 

Читайте также:

Kredito24 от 2 000 до 9 000 рублей

Kredito24 от 2 000 до 9 000 рублей

  Kredito24   Сумма займа - от 2 000 до 9 000 рублей                                  Взять деньги сейчас >>        

Заем в МФО MoneyMan от 1 500 до 60 000 рублей

Заем в МФО MoneyMan от 1 500 до 60 000 рублей

  Заем в МФО MoneyMan для новых клиентов от 1 500 до 10 000 рублей                    Взять деньги сейчас >>         

Тинькофф заимы до 700 000 рулей

Тинькофф заимы до 700 000 рулей

До 700 000 р. Решение за 2 мин. Доставка кредитной карты на дом Бесплатно! Возвращаем до 30% С покупок по карте                       Взять...

еКапуста взять до 30 000 рублей

еКапуста взять до 30 000 рублей

  Заем в сервисе еКапуста: Сумма займа - до 30 000 рублей                                         Взять деньги сейчас >>       

wume.ru